Представление в суд надлежащих письменных доказательства


Представление в суд надлежащих письменных доказательства
В п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2012 г. №  13 разъяснено, что принятие дополнительных (новых) доказательств в соответствии с абзацем вторым ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ оформляется вынесением определения с указанием в нем мотивов, по которым суд апелляционной инстанции пришел к выводу о невозможности представления этих доказательств в суд первой инстанции по причинам, признанным уважительными, а также об относимости и допустимости данных доказательств. С учетом положений ст. 224-225 ГПК РФ определение о принятии дополнительных (новых) доказательств может быть постановлено как в совещательной комнате, так и без удаления в совещательную комнату посредством занесения такого определения в протокол судебного заседания.

Судебная практика в апелляционной инстанции

Федеральное казенное учреждение «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» 20.10.2017 г. обратилось в суд с иском к Г. о возмещении материального ущерба.
Как установлено судом и следует из материалов дела, приказом ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» от 02.12.2013 г. майор внутренней службы Г. был назначен на должность главного специалиста отдела (подготовки документов и мероприятий) центра (оперативно-аналитического) Национального центра управления в кризисных ситуациях (должность связана с обеспечением деятельности Государственной противопожарной службы) по контракту сроком на пять лет.
Распоряжением МЧС России от 26.03.2015 г. Г. был включен в перечень лиц, ответственных за получение и учет средств связи, вычислительной техники и оргтехники в структурных подразделениях центрального аппарата МЧС России.
Приказом ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» от 30.11.2016 г. подполковник внутренней службы Г. был освобожден от занимаемой должности и зачислен в распоряжение ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях».
Приказом ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» от 09.12.2016 г. с Г. расторгнут контракт от 01.12.2013 г., и он уволен со службы в федеральной противопожарной службе по п. 11 ч. 2 ст. 83 Федерального закона от 23.05.2016 г. № 141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противоположной службе и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в связи с сокращением должности в федеральной противопожарной службе, замещаемой сотрудником).
Из материалов дела также усматривается, что приказом ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» от 21.10.2016 г. в целях проверки наличия, учета, сохранности материальных средств и имущества, числящемся за увольняемым сотрудником Г., создана комиссия по инвентаризации материальных средств ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях».
Заключением об итогах административного расследования (проверки), проведенного в период с 25.11.2016 по 05.12.2016 г. по результатам работы инвентаризационной комиссии у Г. выявлена недостача (утеря) двух ноутбуков стоимостью 92667 руб. 72 коп., остаточная стоимость которых с учетом износа составила 30889 руб. 32 коп. Предложено привлечь Г. к материальной ответственности в полном размере ущерба 30889 руб. 32 коп.
05.12.2016 г. начальником ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» издан приказ, согласно которому Г. за причиненный им учреждению ущерб в размере 30889 руб. 32 коп. привлечен к материальной ответственности в пределах его среднего месячного денежного содержания в размере 30889 руб. 32 коп.
Заключением об итогах административного расследования (проверки), проведенного в период с 06.12.2016 по 07.12.2016 г. по результатам работы инвентаризационной комиссии у Г. выявлена недостача (утеря) материальных средств общей стоимостью 1105937 руб. 77 коп., остаточная стоимость которого с учетом износа составила 364271 руб. 52 коп. Предложено привлечь Г. к материальной ответственности в полном размере ущерба 364271 руб. 52 коп.
Приказом ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» от 08.12.2016 г. на Г. возложена обязанность до 09.12.2016 г. осуществить передачу материальных средств должностным лицам.
09.12.2016 г. начальником ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» издан приказ, которым Г. за причиненный им учреждению ущерб в размере 364271 руб. 52 коп. привлечен к материальной ответственности. Этим же приказом начальнику финансово-экономического отдела (главному бухгалтеру) предписано произвести удержание из денежного содержания Г. в пределах его среднего месячного денежного содержания в размере 69536 руб. 90 коп., а на заместителя начальника управления (организации повседневной деятельности) - начальника отдела (административно-правового) возложена обязанность подготовить материалы для взыскания оставшейся суммы материального ущерба, причиненного Г., в судебном порядке.
Согласно расчетному листку за декабрь 2016 г. с Г. удержано в результате выявленной недостачи имущества 1120 руб. 07 коп.
23.05.2017 г. начальником отдела (планирования и организации связи) ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» был подан рапорт об обнаружении 16 материальных средств, которые числились за Г.
В заключении (дата не указана) о средней рыночной стоимости материальных средств на 06.12.2016 г., составленном начальником отдела (планирования и организации связи) ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» указано, что средняя рыночная стоимость 13 материальных средств составляет 191904 руб. 71 коп.
Приказом ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» от 20.10.2017 г. в приказ учреждения от 09.12.2016 г. были внесены изменения в части стоимости утраченного Г. имущества, которым слова и цифры 364271 руб. 52 коп. заменены словами и цифрами 161015 руб. 39 коп.
20.10.2017 г. ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» обратилось в суд с иском о взыскании с Г. причиненного прямого действительного ущерба в размере 190784 руб. 01 коп.
Разрешая спор и отказывая ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» в удовлетворении исковых требований к Г. о возмещении прямого действительного ущерба, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 242, 244 ТК РФ и принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», пришел к выводу о том, что правовых оснований для привлечения Г. к полной материальной ответственности не имеется, указав, что представленное в материалы дела распоряжение МЧС России от 26.03.2015 г. № 88, на которое ссылается истец как на документ, влекущий возникновение полной материальной ответственности у ответчика, не является таковым, а является односторонним организационно-распорядительным документом и не может создавать для работника прав и обязанностей, которые в силу прямого указания в законе возникают только при заключении специального письменного договора о полной материальной ответственности. Также суд первой инстанции указал на то, что работодатель не вправе своими односторонними действиями, выраженными в том числе в издании соответствующего распоряжения, расширять пределы ответственности работника и создавать для него худшее по сравнению с нормами закона положение, при этом доказательств заключения с Г. договора о полной материальной ответственности истцом не представлено.
Кроме того, судом первой инстанции учтено, что в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено доказательств тому, что Г. принимал какие-либо материальные ценности, которые в последующем были им утрачены.
На решение суда первой инстанции представителем ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» 16.01.2018 г. была подана апелляционная жалоба, в которой заявителем указано о готовности представить к судебному заседанию суда апелляционной инстанции независимую оценку ущерба, произведенную (выполненную) независимым экспертом.
Определением судьи от 31.01.2018 г. апелляционная жалоба представителя ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» оставлена без движения до 12.03.2018 г.
07.03.2018 г. представителем ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» поданы дополнения к апелляционной жалобе, к которой приложены: копия накладной на внутреннее перемещение объектов основных средств (форма ОС-2) от 03.06.2015 г.; копия накладной на внутреннее перемещение объектов основных средств (форма ОС-2) от 30.10.2015 г.; копия требования-накладной от 26.12.2014 г.; копия требования-накладной от 25.03.2015г.; копия требования-накладной от 21.07.2015 г.
В судебном заседании 02.07.2018 г. судом апелляционной инстанции обсуждался вопрос о приобщении к материалам дела приложенных к апелляционной жалобе документов, при этом представитель ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» просил приобщить данные документы к материалам дела, не указывая причин, по которым эти документы не могли быть представлены им в суд первой инстанции. Представитель Г. возражал против принятия названных документов в качестве дополнительных доказательств. Суд апелляционной инстанции, выслушав мнения сторон, приобщил протокольным определением к материалам дела документы, приложенные к апелляционной жалобе без приведения мотивов.
Суд апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции и частично удовлетворил исковые требования ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» о взыскании с бывшего сотрудника Г. материального ущерба, причиненного учреждению, принимая во внимание представленные истцом в суд апелляционной инстанции дополнительные доказательства. Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что Г., являясь материально-ответственным лицом, в чьи обязанности входила сохранность материальных средств, что подтверждается наименованием его должности и функциональными обязанностями, в установленном порядке не сдал товарно-материальные ценности на склад или другим материально ответственным лицам, в ходе инвентаризации выявлена недостача этих товарно-материальных ценностей, соответственно на него должна быть возложена полная материальная ответственность перед истцом.
При этом суд апелляционной инстанции исходил из того, что Г. не представлено доказательств отсутствия своей вины в причинении учреждению материального ущерба, в связи с чем в соответствии с положениями ст. 233, 238, 239, 242 ТК РФ на Г. лежит обязанность по возмещению причиненного истцу материального ущерба с учетом износа имущества и удержаний, произведенных работодателем.
Разрешая спор суд апелляционной инстанции также сослался на положения ст. 250 ТК РФ, учел материальное положение сотрудника, а также, что у него имеются иждивенцы (двое детей), неработающая супруга и пришел к выводу о снижении суммы ущерба, подлежащей взысканию с ответчика по сравнению с размером, заявленным ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» в исковом заявлении.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации признала, что выводы суда апелляционной инстанции о наличии оснований для привлечения Г. к полной материальной ответственности сделаны с существенным нарушением норм процессуального права (Определение № 5-КГ19-86).
Делая вывод о доказанности истцом наличия оснований для привлечения Г. к полной материальной ответственности, суд апелляционной инстанции обосновал его ссылкой на представленные истцом в суд апелляционной инстанции дополнительные доказательства.
Разрешая вопрос о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, суд апелляционной инстанции допустил существенные нарушения норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих порядок и условия принятия судом апелляционной инстанции дополнительных доказательств, что в свою очередь привело к нарушению принципа равноправия и состязательности сторон спора (ст. 12 ГПК РФ).
Суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных гл. 39 ГПК РФ.
Суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства. Дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными. О принятии новых доказательств суд апелляционной инстанции выносит определение (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ).
В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2012 г. № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» разъяснено, что, по смыслу ст. 327 ГПК РФ, повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.
Если в апелляционных жалобе, представлении имеется ссылка на дополнительные (новые) доказательства, то судья-докладчик, исходя из требований абзаца второго ч. 2 ст. 327 ГПК РФ, излагает их содержание и ставит на обсуждение вопрос о принятии дополнительных (новых) доказательств с учетом мнения лиц, участвующих в деле.
В случае, когда непосредственно в судебном заседании суда апелляционной инстанции лицо заявило ходатайство о принятии и исследовании дополнительных (новых) доказательств, независимо от того, что в апелляционных жалобе, представлении оно на них не ссылалось, суд апелляционной инстанции рассматривает данное ходатайство с учетом мнения лиц, участвующих в деле и присутствующих в судебном заседании, и дает оценку характеру причин (уважительный или неуважительный) невозможности представления дополнительных (новых) доказательств в суд первой инстанции. При этом с учетом предусмотренного ст. 12 ГПК РФ принципа состязательности сторон и положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ обязанность доказать наличие обстоятельств, препятствовавших лицу, ссылающемуся на дополнительные (новые) доказательства, представить их в суд первой инстанции, возлагается на это лицо. В соответствии с абзацем вторым ч. 2 ст. 327 ГПК РФ суд апелляционной инстанции принимает дополнительные (новые) доказательства, если признает причины невозможности представления таких доказательств в суд первой инстанции уважительными (абзацы второй-четвертый п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2012 г. № 13).
Дополнительные (новые) доказательства не могут быть приняты судом апелляционной инстанции, если будет установлено, что лицо, ссылающееся на них, не представило эти доказательства в суд первой инстанции, поскольку вело себя недобросовестно и злоупотребляло своими процессуальными правами (абзац шестой п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2012 г. № 13).
Приведенные процессуальные нормы и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению не были приняты во внимание судом апелляционной инстанции при рассмотрении дела по апелляционной жалобе ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях», требования процессуального закона им не исполнены.
Как усматривается из материалов дела, представленные ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» в суд апелляционной инстанции документы в качестве дополнительных (новых) доказательств датированы ранее даты рассмотрения дела в суде первой инстанции, в суд первой инстанции данные документы истцом представлены не были и судом не исследовались. Истец в нарушение приведенных выше требований гражданского процессуального законодательства не привел в суде апелляционной инстанции причины, по которым не мог представить данные документы в суд первой инстанции, подтверждающие по мнению истца получение Г. под отчет материальные ценности, а суд апелляционной инстанции этих причин у истца не выяснял и не исследовал вопрос об их уважительности. Новые доказательства судом апелляционной инстанции были приобщены к материалам дела согласно апелляционному определению от 02.07.2018 г., занесенного в протокол судебного заседания, при наличии возражений со стороны представителя ответчика. При этом суд апелляционной инстанции не указал мотивов, в соответствии с которыми пришел к выводу о невозможности представления этих доказательств истцом в суд первой инстанции, а также мотивы об относимости и допустимости данных доказательств.
Судебная коллегия по гражданским делам также указала на иные допущенные судом апелляционной инстанции существенные нарушения норм процессуального права.
В соответствии с ч. 1 ст. 71 ГПК РФ письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).
Письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.
Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию. Если копии документов представлены в суд в электронном виде, суд может потребовать представления подлинников этих документов (ч. 2 ст. 71 ГПК РФ).
Положение ч. 2 ст. 71 ГПК РФ, обязывающее представлять в суд письменные доказательства в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, конкретизирует положения ст. 50 (ч. 2) Конституции Российской Федерации, не допускающей использование при осуществлении правосудия доказательств, полученных с нарушением федерального закона, и ч. 2 ст. 55 того же кодекса, в соответствии с которой доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27.03.2018 г. № 724-0).
Правила оценки доказательств установлены ст. 67 ГПК РФ, в соответствии с ч. 5 которой при оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.
При оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа (ч. 6 ст. 67 ГПК РФ).
Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств (ч. 7 ст. 67 ГПК РФ).
Между тем приобщенные к материалам дела судом апелляционной инстанции копии документов прошиты и заверены представителем ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях», что не гарантирует их тождественность оригиналам. При этом в деле отсутствуют сведения о том, что судом апелляционной инстанции обозревались оригиналы документов, на основании которых иск ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» к Г. о возмещении ущерба был удовлетворен.
В нарушение требований чч. 5 и 7 ст. 67 ГПК РФ суд апелляционной инстанции не установил содержание оригиналов документов, представленных ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» в копиях.
Ввиду изложенного вывод суда апелляционной инстанции о наличии оснований для привлечения ответчика Г. к полной материальной ответственности и частичном удовлетворении исковых требований ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» не может быть признан правомерным, поскольку обстоятельства, имеющие значение для дела (получение ответчиком под отчет материальных ценностей), устанавливались судом апелляционной инстанции с учетом доказательств, принятых от истца с нарушением процессуального закона, а также доказательств, не отвечающих требованиям допустимости.
Приведенное выше свидетельствуют о том, что у суда апелляционной инстанции не имелось предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда первой инстанции об отказе ФКУ «Национальный центр управления в кризисных ситуациях» в удовлетворении исковых требований о взыскании с Г. материального ущерба из-за недоказанности истцом наличия оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению ущерба, а также для принятия нового решения об удовлетворении этих исковых требований.

Комментариев нет