Пенсия по случаю потери кормильца до 23 лет

Пенсия по случаю потери кормильца до 23 лет
Согласно пункту 1 части 2 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» к нетрудоспособным членам семьи умершего кормильца при назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца относятся дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами; при этом братья, сестры и внуки умершего кормильца признаются нетрудоспособными членами семьи при условии, что они не имеют трудоспособных родителей.

Пенсия по случаю потери кормильца до 23 лет

Само по себе предоставление детям умершего кормильца, обучающимся в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, возможности получать страховую пенсию по случаю потери кормильца, в том числе после достижения совершеннолетнего возраста, в полной мере согласуется с положениями Конституции Российской Федерации (статья 7, часть 2; статья 39, часть 1), а также международно-правовых актов в области социального обеспечения. В частности, в соответствии с подпунктом «Ь» пункта 1 статьи 1 Конвенции МОТ 1967 года № 128 «О пособиях по инвалидности, по старости и по случаю потери кормильца» (Российской Федерацией не ратифицирована) термин «ребенок» может охватывать не только лиц, не достигших возраста окончания обязательного школьного образования, но и перешагнувших данный возрастной рубеж, - при условии, что они проходят курс ученичества или продолжают учебу.
При этом возникновение у детей умершего кормильца после достижения ими возраста 18 лет права на получение пенсии по случаю потери кормильца обусловлено не просто самим фактом их обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, а освоением ими исключительно основных образовательных программ и лишь по очной форме обучения.
Как ранее указывал Конституционный Суд Российской Федерации, при освоении лицом образовательной программы в очной форме — в отличие от обучения по очно-заочной (вечерней) и заочной формам — устанавливается максимальный объем аудиторной учебной нагрузки, что предполагает обучение в качестве основного вида деятельности данного лица; исходя из этого, специфика организации учебного процесса в рамках названной формы получения образования существенно ограничивает возможности приобретения детьми умершего кормильца, обучающимися по очной форме обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, постоянного источника средств к существованию за счет самостоятельной трудовой деятельности, а потому отнесение их к числу нетрудоспособных членов семьи умершего кормильца, имеющих право на получение пенсии по случаю потери кормильца, обусловлено тем, что эти дети, лишившись необходимого материального содержания, для завершения процесса обучения нуждаются в поддержке со стороны государства.
Таким образом, исходя из положений Конституции Российской Федерации (статья 7, часть 2; статья 39, часть 1), а также международно-правовых актов в области социального обеспечения и приведенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, страховая пенсия по случаю потери кормильца, выплачиваемая детям умершего кормильца, обучающимся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, по своей правовой природе представляет собой особую меру государственной поддержки, целью которой является создание благоприятных условий для реализации указанной категорией лиц конституционного права на образование.

Пенсия по потере кормильца при обучении за границей

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 05 декабря 2017 года № 36-П пункт 1 части 2 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2) и 39 (часть 1), в той мере, в какой он служит основанием для отказа в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца его детям, самостоятельно (без направления на учебу в соответствии с международным договором Российской Федерации) поступившим в иностранные образовательные организации и обучающимся в них по очной форме обучения по образовательным программам, которые могут быть отнесены к категории основных, на период до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет.
Конституционность п. 1 ч. 2 ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» оспаривалась в запросе Кузнецкого районного суда Пензенской области, в производстве которого находится гражданское дело по иску гражданки Ю.Ю.Н. к территориальному органу Пенсионного фонда Российской Федерации о признании незаконным решения об отказе в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца. Основанием для такого отказа послужил тот факт, что Ю.Ю.Н. не была отнесена к лицам, имеющим право на получение указанной пенсии, поскольку она, хотя и обучается по программе магистратуры в Белорусском государственном университете по очной форме обучения, в данное учебное заведение не направлялась, а поступила туда самостоятельно, в то время как в силу пункта 1 части 2 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» одним из условий назначения страховой пенсии по случаю потери кормильца его совершеннолетним детям, обучающимся в иностранных образовательных организациях, является направление на обучение в соответствии с международными договорами Российской Федерации.
В Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» одним из принципов государственной политики и правового регулирования отношений в сфере образования является свобода выбора получения образования согласно склонностям и потребностям человека, включая предоставление права выбора форм получения образования, форм обучения и организации, осуществляющей образовательную деятельность (пункт 7 части 1 статьи 3); при этом право выбора организации, осуществляющей образовательную деятельность, формы получения образования и формы обучения после получения основного общего образования или после достижения восемнадцати лет относится к числу основных академических прав, предоставляемых обучающимся (пункт 1 части 1 статьи 34).
В условиях интеграции системы образования Российской Федерации в мировое образовательное пространство, развития сотрудничества российских и иностранных образовательных организаций, а также международной академической мобильности обучающихся (пункт 5 части 1 статьи 3, статья 105 названного Федерального закона) возможность реализации права на выбор организации, осуществляющей образовательную деятельность, не ограничивается только российскими организациями. Это в полной мере соответствует требованиям как Конституции Российской Федерации, закрепляющей право каждого свободно выезжать за пределы Российской Федерации (статья 27, часть 2) и не содержащей каких-либо ограничений в отношении выбора страны выезда, времени пребывания за границей, а также целей выезда, в числе которых может быть и получение образования (включая профессиональное), так и международно-правовых актов, в частности Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, из статьи 13 которого вытекает запрет умаления свободы выбора учебного заведения.
Исходя из этого, реализация гражданином Российской Федерации права на выбор организации, осуществляющей образовательную деятельность, предполагает возможность обучения как в российских, так и в иностранных учебных заведениях, причем действующее законодательство об образовании не препятствует самостоятельному (без направления на учебу) поступлению российских граждан в иностранные образовательные организации и обучению в них, в том числе при отсутствии соответствующего международного договора Российской Федерации о сотрудничестве в области образования.
Вопрос о допустимости установления различий в условиях приобретения права на получение пенсии по случаю потери кормильца для лиц, обучающихся в иностранных образовательных учреждениях, исключительно в зависимости от способа поступления в такого рода учебные заведения ранее уже был предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации применительно к пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой детям умерших (погибших) военнослужащих, проходивших военную службу по контракту, в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, и их семей». Давая конституционно-правовое истолкование положений пункта «а» части 3 статьи 29 названного Закона и пункта 3 статьи 57 Закона Российской Федерации от 10 июля 1992 года № 3266-1 «Об образовании» (утратил силу с 1 сентября 2013 года) как не препятствующих предоставлению самостоятельно (без направления на учебу в соответствии с международным договором Российской Федерации) поступившим в иностранные образовательные учреждения и обучающимся в них по очной форме обучения совершеннолетним детям умерших (погибших) военнослужащих, проходивших военную службу по контракту, права на получение пенсии по случаю потери кормильца до окончания ими обучения, но не долее чем до достижения ими 23 лет, на равных условиях с гражданами, относящимися к той же категории, но обучающимися в иностранных образовательных учреждениях по направлению на учебу в соответствии с международным договором Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что различия в условиях приобретения такими лицами права на получение пенсии по случаю потери кормильца исключительно в зависимости от способа поступления в иностранное образовательное учреждение не имеют объективного и разумного оправдания и несовместимы с требованиями статей 19 (части 1 и 2) и 39 (часть 1) Конституции Российской Федерации (Постановление от 27 ноября 2009 года № 18-П).
Исходя из приведенной правовой позиции, которая в полной мере применима к страховой пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой детям умершего кормильца в соответствии с Федеральным законом «О страховых пенсиях», конституционный принцип равенства означает помимо прочего обеспечение равных условий для реализации лицами, относящимися к одной и той же категории (в данном случае — к категории детей умершего кормильца, обучающихся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность), своих пенсионных прав вне зависимости от места расположения образовательной организации (на территории Российской Федерации или за ее пределами), в которой они обучаются, а если в качестве таковой выступает иностранная образовательная организация, расположенная за пределами территории Российской Федерации, — вне зависимости от способа поступления в нее.
Соответственно, условия назначения страховой пенсии по случаю потери кормильца его детям, обучающимся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, должны определяться таким образом, чтобы обеспечить ее выплату всем лицам, относящимся к данной категории, включая тех из них, кто обучается по очной форме обучения в расположенных за пределами территории Российской Федерации иностранных образовательных организациях по образовательным программам, которые могут быть отнесены к категории основных, -причем независимо от способа поступления таких лиц в иностранные образовательные организации (самостоятельно либо по направлению в соответствии с международными договорами Российской Федерации) — до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет.
Между тем пункт 1 части 2 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» напрямую связывает право детей умершего кормильца, обучающихся в иностранных образовательных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, на получение пенсии по случаю потери кормильца с фактом направления на обучение в соответствии с международными договорами Российской Федерации и тем самым, в нарушение конституционного принципа равенства, порождает не согласующуюся с конституционно значимыми целями дифференциацию правового положения детей умершего кормильца, обучающихся в иностранных образовательных организациях, единственным основанием которой выступает способ поступления в соответствующее учебное заведение, что приводит к необоснованным различиям при реализации указанными лицами конституционного права на социальное обеспечение в случае потери кормильца.

Комментариев нет